Классика с нетрадиционной ориентацией

театр

Приехав однажды в большой город по делам службы, наш герой решил, закончив все свои дела, посвятить оставшееся время приобщению к высокой культуре, и по совету друзей отправился на спектакль.

Доходное место

Здание театра имени Пушкина величаво и торжественно встречало нашего героя, жаждущего высоких переживаний. Белые колонны, мраморные полы, интеллигентные женщины, раздающие на входе программки, – атмосферой чего-то красивого и приятного как будто был пропитан каждый сантиметр театрального здания. Прозвенел третий звонок. Начался спектакль. Хорошо сделанная декорация, царственная осанка героев в прекрасно подобранных костюмах, великолепное освещение и, как будто, замершая на время тишина,  – все это создавало невероятную атмосферу веры в то, что происходившее на сцене – реальная жизнь.

Молодые супруги, поженившись по любви, становятся посмешищем для общества, потому что живут по средствам и не хотят брать взятки, как делают все вокруг. Едва сводя концы с концами, Полина, накрученная своей матерью, упрекает мужа в нищенском их существовании. Она умоляет супруга Василия Жадова упросить своего дядю, важного чиновника Акима Акимовича Вишневского, о доходном для себя месте. Но молодой человек, временами сомневаясь в своей правоте, все же отказывается поступить на противную его душе работу – брать взятки, а дорогую сердцу женщину отпускает на волю. Полина все же остается верной любви к мужу и уверяет, что и не собиралась покидать его, а только следовала советам родных.

Очарованный происходившим на сцене, наш герой оглянулся по сторонам и только теперь увидел огромный зал, заполненный зрителями: «Сколько же из них являются деканами, ректорами институтов, врачами или чиновниками, которые решают вопросы по земле, а может быть нотариусами или судьями?», – думал наш герой, впечатленный игрой актеров и талантом великого классика, сумевшего мастерски воплотить свои идеи в пьесе.

Выйдя на улицу после спектакля, наш герой не мог прийти в себя от переполнявших его чувств. Ему хотелось всем и каждому говорить: «Люди, идите в театр! Ведь это место, где вы можете стать чище, где соприкоснувшись с прекрасным, изменится ваша жизнь». Он вспомнил, что когда-то театр заменял людям Церковь, что театр – это, безусловно, храм искусства, и что даже если не все, то он, точно, еще пойдет на какой-то спектакль, но уже вместе с женой.

Мертвые души

Через несколько недель, нарядно одетые, предвкушая, насколько впечатляющей окажется постановка «Мертвых душ» по пьесе Николая Васильевича Гоголя, наш герой с супругой переступил порог театра имени Шевченко.

И хотя фойе театра не порадовало жаждущих насладиться искусством, шиком и чистотой, надежда на чудо была намного выше вдруг открывшейся глазу убогости вместилища искусства.

Прозвенел третий звонок, погас свет. Медленно поднялся занавес. Взору зрителей открылась картина, от которой улыбка, сиявшая на лице нашего героя, незаметно превратилась в застывшую от ужаса маску, и стало ясно, что происходившее в «храме», безусловно, впечатлило, но вовсе не так, как ожидалось.

Декорации, наверняка взятые наспех из какого-то другого спектакля, уродливо стояли на сцене. Актеры, один за другим появлявшиеся перед зрителями, привели в смятение даже нашего, привыкшего к неожиданностям, героя. Не потому, что их грим даже для сцены был агрессивным, это еще можно было бы понять, невозможно было оправдать тот факт, что все они были нетрадиционной ориентации!

Вдавленный в кресло от смятения, наш герой судорожно пытался соединить давно известное произведение великого классика с развратом, царившим прямо перед глазами. Дама, о возрасте которой уже давно неприлично говорить, судя по всему, изображала молодую жену одного из помещиков, которых посещал Чичиков. Но «современное» прочтение данного спектакля режиссером-постановщиком, наверно вышло далеко за рамки мыслей автора «Мертвых душ».

Уже упомянутая дама желала интимности везде и со всеми. И хотя ничего подобного не припоминалось у Гоголя, желания и страсти обуревали и актеров мужского пола. Причем, им больше доставляло удовольствия делать это с мужчинами. Создавалось впечатление, что зрителей пригласили на шоу гомосексуалистов-извращенцев, которые во что бы то ни стало, хотели всем сидящим в зале передать свой жизненный опыт.

Неизвестно, чем все это закончилось, так как наш герой с супругой решительно вышел из зала. А вручая свои номерки интеллигентной гардеробщице, на вопрос: «Как Вы такое смотрите?!», услышал: «Да мы когда эту мерзость в репертуар ставят, в зал не заходим».

Вечерний город светил фонарями и одаривал своих гостей пушистым снегом, медленно падавшим на асфальт. И перед тем, как величественное здание скрылось от них среди множества других городских строений, наш герой еще раз окинул взглядом вместилище искусства: «Неужели театр, в стенах которого выступали величайшие актеры современности, может так низко пасть, неужели театр перестал быть местом, где человеческие души, соприкасаясь с прекрасным, становятся лучше?» – проносились вопросы в голове нашего сокрушенного и совершенно подавленного героя. Он даже не мог представить, что ради сиюминутной выгоды великий театр готов отдать себя на растерзание извращению и шарлатанству.

Через несколько дней в новостях сообщили, что театр имени Шевченко уже долгое время находился в бедственном состоянии и, скорее всего, закроется, а труппу придется распустить. «Что ж, Бог есть», – решил наш герой и подумал, что в ближайшее время обязательно снова пойдет в театр».

 

Автор: Анна Шевченко, главный редактор международного журнала «Новое поколение».

 

Комментарии